Как учить взрослых миллениалов?

Про поколение Y написано много статей: как их учить, мотивировать на работе, строить деловые отношения. Однако самое главное часто упускается: ведь это первое поколение, которое не просто подвергает сомнению существующие паттерны и рушит привычные рамки офиса, это поколение, которое начало поиски дополнительных, нематериальных смыслов в своей профессиональной деятельности. Благодаря технологиям оно перестраивает свою рабочую рутину под индивидуальные потребности, и в конечном счете — выбирает образ жизни, а не профессию. Это поколение уже встало на руководящие позиции — и через 10 лет станет инвесторам. А еще это первое поколение, которое приняло за аксиому, что учиться им придется всю жизнь.

Как учить взрослых миллениалов

Соответственно, первый вопрос для всех образовательных проектов: какие образовательные программы должны быть для тех, кто решил учиться сам — не для корочки диплома, а для профессионального развития и личного роста?

У поколения Y есть определяющий инсайт: интегрировать свою профессиональную деятельность в обыденную жизнь работа не должна являться отдельно стоящей деятельностью, это часть их жизни.

Их увлечение или хобби перевоплощается в профессию/дело/работу, является образом жизни. Таким образом, процесс обучения будущей профессии подвергается изменениям – он больше не является вехой в жизни, он гармонично интегрирован в рутину. Обучение встраивается в будничную жизнь, человек не отрывается от своего привычного хода вещей, легко может менять свою профессиональную деятельность. Поэтому креативные индустрии так востребованы после 26-30 лет. Миллениалы не готовы делить свою жизнь на работу и хобби, как делали их родители, они смело разворачивают карьеру в сторону творчества в 30 лет, и не боятся начинать сначала. Наш самый молодой проект MoscowMusicSchool — это проект именно для миллениалов, где средний возраст студента — 27 лет. Все программы обучения рассчитаны на тех, кто решился поменять свою жизнь и развернуться в сторону музыки уже после вуза.

Отсюда следует главный тренд в образовательных технологиях — фокус на самостоятельную работу. Современная образовательная программа направлена не только на предоставление контента – она учит самостоятельно с ним взаимодействовать. Аудиторные занятия – это лишь небольшая интервенция, основные знания человек получает в процессе самостоятельных занятий с предложенными источниками (что обеспечивают современные технологии) и из взаимодействия с практиками (действующие профессионалы делятся своими знаниями «на деле»). Внимание миллениалов уходит от длительных ВУЗовских программ в дополнительное профессиональное образование и/или в узкопрофильное образование (краткосрочные образовательные программы, ворк-шопы, мастер-классы), когда можно плавно совмещать учебу и работу.

В России Министерство образования также следует этому тренду (в России хотят узаконить самообразование). Но есть важный момент: миллениалы хотят, но пока не умеют сами учиться без подготовки к этому процессу, навигации по образовательным программам, четкой обратной связи. Школьное образование и обучение в российском ВУЗе самостоятельности никак не способствовало. Осознание и принятие постоянного образования как образа жизни пришло к миллениалам примерно в 25-30 лет, без навыков самостоятельного обучения. Яркий пример: многие престижные университеты выкладывают в открытые источники свои образовательные материалы, но статистика их использования в России очень печальная. Максимум 30% от начавших курс, обычно доходят до его конца. Популярность сетевых образовательных программ также связана с запросом поколения выбирать не институцию, а программу. Многие ВУЗы — и совершенно справедливо — объединяют свои усилия, чтобы создавать междисциплинарные партнерские образовательные программы друг с другом. Такие программы пользуются все большей популярностью.

Один из важнейших трендов образования — планирование индивидуальной учебной траектории , которая не просто следует, а часто предшествует карьерной. В Европе 35% руководителей среднего и высшего звена тратят на образование более 2 недель в год вне корпоративных программ своей компании. Среди представителей креативных индустрий Европы, — дизайнеров, архитекторов, кинематографистов, IT-специалистов — время на образование (интенсивные курсы, онлайн-образование) занимает в среднем более 120 часов в год. Пока лишь немногие взрослые люди в России ежегодно формулируют свой учебный план на год.  Эту полезную привычку стоит начать развивать прямо сейчас. В эпоху постоянных изменений выиграют только те, кто как можно быстрее возьмет на вооружение принцип life-longlearning.

Фото Pixabay

При использовании материала гиперссылка на соответствующую страницу портала HR-tv.ru обязательна

В контент лист
0

Рекомендуемые материалы

Оксана Титова
Снижение продуктивности – организационная травма как последствие внедрения изменений

После организационных изменений компании часто сталкиваются с парадоксальной ситуацией: новые структуры внедрены, процессы перестроены, стратегия обновлена, но продуктивность падает, растёт абсентеизм, сотрудники теряют инициативу и вовлеченность. Эти явления обычно объясняют сопротивлением изменениям или недостаточной мотивацией, однако на практике они часто являются последствиями организационной травмы – состояния, в котором сотрудники теряют чувство контроля, доверие к организации, ощущение справедливости и смысл своей работы. В этой статье Оксана Титова, организационный консультант, бизнес-психолог, основатель проекта “Организационная динамика” и xHRD рассматривает, почему изменения могут снижать продуктивность, как связаны организационные изменения, травма выжившего, потеря доверия и абсентеизм, а также что HR и руководителям необходимо делать, чтобы восстановить вовлеченность, доверие и эффективность организации после трансформаций.

Сергей Орлов-Горский
Адаптация культуры при слияниях и поглощениях: как подружить коллективы двух разных компаний

Когда две компании объявляют о слиянии, первое, на что обращают внимание — это цифры сделок и прогнозы экономической эффективности. Но внутри, в офисах и на «земле», в этот момент начинается совсем другая история. История столкновения двух вселенных со своими ритуалами, языком, кумирами и правилами игры. По данным ряда исследований, до 30% слияний и поглощений (M&A) не достигают заявленных целей именно из-за культурных противоречий, а не финансовых просчетов. И если финансы можно «свести» достаточно быстро, то свести две команды в единый коллектив — это антропологическая задача, требующая времени, деликатности и системного подхода. В статье Сергей Орлов-Горский, корпоративный антрополог и старший консультант по работе с корпоративной культурой, вовлеченностью и моделями компетенций, рассказывает, как превратить неизбежный «культурный шок» в точку роста новой объединенной компании.